Александр Сорочинский: Как попасть в детскую футбольную академию Локомотив (Москва)

Интервью с руководителем селекционной службы футбольной школы Локомотив (Москва) – Александром Сорочинским. Мы обсудили основные проблемы с которыми сталкиваются игроки на этапе просмотров, узнали, как в Локомотиве принимаются решения по зачислению и отчислению.

Сергей: Расскажи немного о себе в общих чертах.

Александр: Я начал карьеру тренером. Затем пригласили работать скаутом, начал свой путь в ЦСКА Москва. После сменил несколько клубов. Сейчас возглавляю селекцию в академии «Локомотив».

Сергей: Как устроена селекция в детско-юношеском секторе «Локомотива»?

Александр: В принципе, информация об игроках происходит из трех источников: первое – кого селекционер увидел сам, второе– рекомендация знакомых людей либо тех, кому ты доверяешь и третье – если сам игрок или его родитель связываются с клубом, скаутом и предлагают кандидатуру. С теми, кого видел ты или твои сотрудники договариваетесь уже на месте. Из тех, кого предлагают знакомые, ты пытаешься или собрать информацию, или безоговорочно доверять. И третий вариант, когда звонит сам футболист или его родители, ты также стараешься найти объективную информацию, чтобы получилось больше информации. Если говорить про сам селекционный отдел, то там есть несколько человек – скаутов – и я руководитель.

Сергей: С какого возраста начинается работа и какие основные турниры, на которых вы просматриваете детей?

Александр: Мое мнение: пока игрок не начал играть 11 на 11, за ним нужно только наблюдать. Можно пригласить на просмотр, объяснить родителям, что вы вернетесь назад, заранее. В нынешней ситуации, когда Краснодар, Чертаново начинают собирать игроков гораздо раньше, вынуждают и нас играть по этим правилам. Хотя мне они не нравятся, потому что игрок меняется. Был не один случай, когда возлагали большие надежды на мальчика, а на поле 11 на 11 он совершенно терялся. Поэтому мы стараемся не торопиться, но наша академия начинает с 5 класса. Я бы советовал раньше этого возраста не торопиться, чтобы не было ошибок.

Если говорить о турнирах, то любой турнир – это бесценная информация. Мне лично нравится ездить на те турниры в станицы и маленькие города. Чтобы посмотреть игроков, которых не увидишь в финале Чемпионата России. На котором наблюдается, своего рода «ярмарка тщеславия». Прослеживается нездоровая конкуренция: футболист еще не состоялся, но каждый хочет получить его в свой клуб. Из-за этого начинают сулить игроку очень много того, что может испортить. Поэтому турниры я предпочитаю не топовые. Стараемся все предварительные соревнования во всех зонах просмотреть, чтоб иметь представление и знать, кто туда поедет.

Сергей: Как происходит зачисление, есть стандартный пример?

Александр: Если мы приняли решение о просмотре мальчика, он приезжает на просмотр с перечнем документов – по медицине, по школе. Мы считаем, что если ребенок в школе учится плохо, восприятие может быть другое. У нас очень требовательный директор, большое внимание уделяется школе. Это нормально – следить за воспитанием ребенка. Нельзя быть хорошим на футбольном поле, а плохим везде. Когда все документы соответствуют, начинаем процесс просмотра. После просмотра принимаем решение: можем взять в академию с испытательным сроком, а можем сразу. Бывает, скажем: давайте продолжим наш просмотр в следующий раз. Это уникально: дети все разные, подготовка и уровень образования у всех отличается.

Сергей: На какие ключевые качества обращаете внимание?

Александр: Я обращаю внимание на те качества, которые невозможно развить. Понятно, что они все поддаются развитию, но в меньшей степени. Это скоростные качества, быстрота принятия решения. Большего в игре не рассмотреть, мы продолжаем знакомиться на просмотре. Далее, если видишь, что мальчик футбольный, нужно брать и работать.

Сергей: Были ли какие-то вещи во время работы, на которые ты не обращал внимание, но с опытом что-то изменилось?

Александр: Случалось, игрок имел и технику, и скорость, но его волевых качеств не хватало – он проигрывал конкуренцию. Наверное, поэтому со временем стал больше обращать внимание именно на трудолюбие, бойцовские качества. Если игрок готов трудиться, бороться и терпеть, то он победит даже более умелого партнера по команде.

Сергей: Скаут – селекционный отдел – тренер. На каком этапе и как принимается решение? Расскажи про сам алгоритм.

Александр: Создается некое совещание. Условно договориться о том, чтобы взять игрока, если он соответствует по нашему мнению, может и тренер, и скаут. Особенно, если ему не нужно проживание и питание, мы приглашаем. Если нужен интернат, собираем больше информации. Если речь идет о зачислении и отчислении, тогда лучше максимальное количество людей пригласить на обсуждение. Все зависит от возраста ребенка, его позиции – мы подбираем людей, чтоб было не менее 5 человек. Каждый пофамильно ставит свое резюме. Чем больше народа, тем меньше вероятность ошибки. Все принимается через совет.

Сергей: У кого-то есть приоритет?

Александр: У директора есть. Но количество голосов учитывается. Расхождение во мнениях всегда минимальное, чаще всего все смотрят в одну сторону. Больших споров нет.

Сергей: Каким является детский футбол в России, на твой взгляд?

Александр: Я бы назвал его бессистемным и с отсутствием среднего уровня. Мы можем нарваться, как на высокий уровень команды и игроков, так и на очень низкий. Причем это не зависит от региона. Одна школа, два одинаковых возраста могут быть небом и землей. Не знаешь, чего ожидать.

“Недалеко от Москвы видел абсолютно безалаберные тренировки. А на Урале наоборот – дедушку, который спокойно, но правильно тренирует.”

Сергей: Система сертификации академии не достаточно правильно построена или передача информации тренерам не так доходит? Что можно отметить?

Александр: Подготовка тренеров, сертификация проходят грамотно. Они сдают экзамены, проходят обучение, но многие в силу возраста отказываются практиковать изученное с детьми. Может, действует масса других факторов в силу тренерского характера. Пусть этим сложным вопросом занимаются специалисты. Но надо понимать, что игрок делает то, чему его учит тренер. Либо в малом проценте – родитель, если он сильнее тренера. Недалеко от Москвы видел абсолютно безалаберные тренировки. А на Урале наоборот – дедушку, который спокойно, но правильно тренирует. У нас разносторонняя тренерская публика, невозможно предугадать.

Сергей: Повлиял ли на твою работу скаутом тренерский опыт?

Александр: Когда я работал тренером в Волгограде, то там ситуация следующая: кого набрал – того и доведешь до конца. Понимаешь, что никто не присоединится и определяешь сильные и слабые качества спортсмена. Скаутов можно искать из тренеров небольших городков. Нужно всех обучить и расставить так, чтобы он своими сильными качествами покрывал недостатки. Я имел преимущество перед теми, кто только закончил играть профессионально.

Сергей: Русский футболист: какой он в нескольких словах?

Александр: Общался по этому вопросу с коллегами, пришел к выводу, что все случаи разные. У нас на Урале, в центральной полосе, например, совсем не то, что в теплой Бразилии. На Дальнем Востоке, может, больше тактически обученные игроки, Урал и Приволжье – это воля и трудолюбие. Центр – продольные передачи и удары вперед. Я бы не стал всех равнять. Если мы возьмем большой срез игроков, то это бойцовские качества, воля. Возможно, это не применимо к другим странам, но к нашей подходит. Я считаю, что к 25 годам спортсмен созревает, как мужчина. На данном этапе 60% может играть за счет натренированности. Все остальное – стечение обстоятельств.

“Наша главная беда – тренеры, которые не отпускают мальчика, запугивают. Ребенок боится делать шаг вперед. Отпустите его, пожелайте удачи, скажите: прогрессируй, мы тебя ждем в будущем.”

Сергей: Что не хватает игрокам в выпускном возрасте?

Александр: Команд не хватает. Давайте посчитаем. Например, выпускается у нас много школ, секций. Даже если взять по 15 человек в команде, это 46 тысяч приблизительно. Точно могу ошибаться, но очень много. А ребенок в 18 лет заканчивает детские соревнования. При этом он еще не может составить конкуренцию мужчине. Понятно, есть студенческие соревнования. Но мы сами убиваем конкуренцию. 20% из 100 готовы бить, но, скорее всего, они уже разобраны по клубам. Мое мнение: не хватает переходного возраста между школой и профессиональным спортом. Не знаю, как это сделать, может, продлить до 21 года. Но проблема налицо: дети выпускаются – и все. Еще беда в том, что, допустим, к нам пришел игрок и у него не получилось с первого раза. Тренер поменялся или не сдружился с командой, допустим. И когда его отчисляют по каким-то причинам, он приезжает к себе, все на него смотрят с иронией. Это очень сильно бьет по ребенку, особенно если тренер говорит: можешь не возвращаться назад. 50% успеха для ребенка зависит от того, когда он знает, что его ждут дома и не будут над ним смеяться. Это наша главная беда – тренеры и люди, которые не отпускают мальчика, запугивают. Таким образом, ребенок боится делать шаг вперед. Отпустите его, пожелайте удачи, скажите: мы тебя ждем. И там он будет не бояться ошибиться.

В Голландии, например, в одной школе для игры сильных отбирают в одну группу, а слабых – в другую. А у нас, получается, что если ты в сильную не подошел, в слабую ребенок не хочет возвращаться. Лишь единицы начинают работать так, чтобы снова позвали. Поэтому считаю вот здесь главная потеря ребят. Те тренеры, которые не отпускают и угрожают, что обратно не возьмут. 70% тренеров сделают все, чтобы ребенок не уехал. Чаще всего, эти маленькие города не попадают на финал России и т.п. А в силу того, что страна большая – это очень большая проблема. Мальчик сидит в каком-то городе и ни разу себя не проявит на большом уровне, хотя он условный Головин. В 40% случаев, когда мальчики заигрывают, это не благодаря, а вопреки. Это не система, а уникальность, что они дошли до большого спорта. Как только у нас будет система просмотра футболистов, тогда гораздо больше игроков будет появляться.

Сергей: Ребенку 12 лет, стоит ли показываться?

Александр: Это зависит от тренера. Если есть тренер, который развивает, то нет смысла ехать. Также если есть регулярные соревнования (не раз в год), если грамотно сделаны товарищеские игры, тогда имеет смысл. Все зависит от того, где вы, какой уровень соревновательный и тренерского персонала. Отсюда делайте вывод, стоит ехать или нет. Но ни один товарищеский матч не заменит официальный. Для развития нужны матчи, где результат не довлеет, они раскрепощены и играют в удовольствие. Ближе к выпуску имеет значение воля, трудолюбие, принятие решений и поведение в стрессовых ситуациях.

Сергей: С какого возраста ты бы рекомендовал пробовать силы?

Александр: Когда мальчик начинает играть 11 на 11. Даже не первый год, а второй. Нужно посмотреть, даже если вы не собираетесь приезжать. Попробовать свои силы.

Сергей: Если звездочка в своем регионе?

Александр: Возьмем Новосибирск. У тебя есть, где тренироваться, спокойный соревновательный период. Зачем ехать раньше, прежде чем начнешь играть 11 на 11? А если речь идет о маленьком городке, где ничего нет и тренер неквалифицированный, можно пытаться раньше. Все зависит от условий для занятий и соревновательного процесса.

Сергей: Какой идеальный возраст для заселения в интернат?

Александр: Кто-то спокойно в 5 классе живет один, а кто-то и перед выпуском хочет домой. Это воспитание и индивидуальные особенности. Не могу сказать даже в процентном соотношении. Еще и самоконтроль важен. Кто-то, к примеру, вырвавшись от родителей, просиживает все свободное время за играми.

Сергей: С точки зрения скаутинга какие критерии для вратарей?

Александр: Вратарями стараюсь не заниматься. Наш вратарский штаб требует активно играть в штрафной площади и игра ногами. Это то, что я могу оценить.

Сергей: Пубертатный период в расчет берется или нет?

Александр: Для меня все разные в этот период. Кто-то подтянулся, а кто-то остался на месте. Двух одинаковых не найдешь. Ко всем нужен индивидуальный подход, общение, мотивация. Кому-то интересно одно, а кому-то другое. Развитие разное и, соответственно, подходы должны быть разные. Если бы я был тренером, то разбивал бы игроков на группы. Не может быть у защитников и нападающих одинаковых тренировок. Стараюсь в своей работе общаться по-разному с ребятами из разных регионов.

Сергей: Что скажешь о работе с родителями?

Александр: На моем опыте не было трудностей переговоров. Были трудности переговоров через родителей с тренерами. Ну, кому не хочется попасть в топовый клуб? Трудности с тренерами возникают, когда родители говорят: нам нужно поговорить с тренером. Родители не будут врать своему ребенку, если ребенку рано, родитель скажет: не хотим отпускать.

Сергей: Не было моментов, когда родители просили 100% игрового времени?

Александр: При переговорах о просмотре не было. Бывает, объясняю: какой смысл приглашать на скамейке сидеть? Когда уже зачисляли, такого не было.

Сергей: Сейчас сорт детей на смену топовым игрокам выше за границей. Как у нас, мы развиваемся?

Александр: Уровень детишек растет. Но уровень тех игроков, которые доходят до ФНЛ в стагнации. Смотришь по детскому уровню: они делают то, чего мы не умели, работают с мячом, любят футбол. Но когда подходишь к выпуску, мальчик техничный и сильный, теряется.

Сергей: Твое пожелание людям футбола.

Александр: Если очень хочется и над этим работать – все получится. Нужно узнать, чего ты хочешь, и продолжать трудиться. Футбол он такой, что поможет всегда. Если ты этого заслуживаешь – это получится. Футбол не обманешь.

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Получайте новые статьи

Подписывайтесь в наши социальный сети, чтобы получать новости о выходе новых статей и видео

Вам может понравится